Проверяет, не слышно ли шума в коридоре, встает на табуретку и продевает голову в петлю.

Но в этот момент входит Фелтон, который следил за ней, и бросается на нее.

ФЕЛТОН

Остановитесь, несчастная.

МИЛЕДИ (пытаясь ему сопротивляться)

Оставьте меня. Оставьте! Я хочу покончить со всем этим.

ФЕЛТОН

Сударыня, вспомните о том, что, если Господь наш осуждает всяческую ложь, то еще больше осуждает он самоубийство.

МИЛЕДИ

Но, когда Господь видит, как мучают его создание, он прощает самоубийство. Ибо в этом случае самоубийство – это мученичество.

ФЕЛТОН

Сударыня, вы сказали мне не все.

МИЛЕДИ

Оставьте меня, говоря я вам. В любом случае вы отвечаете лишь за тело мое, так дайте же мне спасти  душу. Кто знает! Может, вас наградят, если я покончу с собой.

ФЕЛТОН

Запрещаю вам думать, что мне это безразлично…Я…

МИЛЕДИ

Перестаньте. Вы просто боитесь, что вас обвинят в моей смерти.

ФЕЛТОН

Сударыня, вы глумитесь над моей верой.

МИЛЕДИ

Простите. (Пауза). Простите.

ФЕЛТОН

Кто вы, ангел или демон?

МИЛЕДИ

Не посланница Бога и не служительница ада. Я - сестра твоя в вере.

ФЕЛТОН

Вы?

МИЛЕДИ

Все еще сомневаешься? Но в глубине души ведь веришь, что это так. В глубине души ты признал меня? Сознайся!

Он молчит.

МИЛЕДИ

Сознайся, брат.

ФЕЛТОН

Я не лгу никогда.

МИЛЕДИ

Этим ты хочешь ответить утвердительно?

ФЕЛТОН

Да.

МИЛЕДИ

Тогда помоги мне умереть. Они хотят послать меня на галеры. Лорд Винтер и Бэкингем. Хотят сослать меня.

ФЕЛТОН

Но почему? Почему? Или вы – демон, или мой благодетель – чудовище.

МИЛЕДИ

Благодетель твой лорд Винтер ничего не знает. Он подчиняется приказу, не ведая, что творит… Как и ты, возможно…А тот, кто знает, кто отдает приказы, кто мучит меня, он и есть чудовище. По имени Бэкингем.

ФЕЛТОН

Расскажите мне все.

МИЛЕДИ

Хорошо! Несколько лет назад, когда я была юной девушкой…

Прерывая ее рассказ, входит Лорд Винтер.

ЛОРД ВИНТЕР

Ну как, Джон Фелтон? Что-то долго ты тут сидишь. Эта дама рассказывает тебе о своих преступлениях? В таком случае этих рассказов хватит на долгие месяцы.

МИЛЕДИ

Милорд, спросите у моего тюремщика, о какой милости я умоляла его.

ЛОРД ВИНТЕР (подозрительно)

О какой же?

ФЕЛТОН

Она просила нож, который обещала вернуть в окошко через минуту.

ЛОРД ВИНТЕР (насмешливо)

Видимо, здесь кто-то прячется, и она хочет его зарезать?

МИЛЕДИ

Речь обо мне.

ЛОРД ВИНТЕР

Подождите немного до процесса. К тому же веревка куда надежнее ножа.

МИЛЕДИ

Вы правы. Я тоже так решила. И подумаю об этом и впредь.

В это время Фелтон прячетза спиной сооруженную ею веревку, тем самым становясь сообщником Миледи.

ЛОРД ВИНТЕР

Ступайте за мной, Фелтон.

Фелтон выходит.

МИЛЕДИ (себе самой)

Он солгал. Спрятал веревку. Я выиграла: он – на моей стороне.

Вместе со стражем, несущим поднос с едой, возвращается Фелтон.

Страж уходит, Фелтон остается.

Они с Миледи смотрят друг на друга.

Потом он вынимает нож и кладет его на поднос.

ФЕЛТОН

Вот нож.

МИЛЕДИ

Положите его на стол, между вами и мной. (Он повинуется). А теперь послушайте. (Принимает вид жертвы). Мне было семнадцать, Фелтон, и, не впадая в гордыню, могу сказать, что я была недурна. Таково было общее мнение. Один человек остановил на мне свой выбор. Был он известный ходок, ни малейшего желания жениться не имел, а так – позабавиться. Всем его авансам, как грубым, так и нежным, я, как могла, сопротивлялась. Но однажды вечером ему удалось подсыпать мне в вино снотворное. Очнулась я в огромной комнате, вроде этой, но обставленной более изысканно. Там меня продержали неделю. И каждую ночь человек этот приходил, чтобы надругаться надо мной. Оглушенная снотворным, беспомощная, я была живым трупом, и чувства мои воспринимали лишь страдания. На восьмой день я полностью отказалась от еды и  питья, пытаясь прекратить воздействие лекарств, и этой ночью я попыталась оказать ему сопротивление изо всех своих сил, но только сил было немного, и сопротивление длилось недолго. Трус, который в предыдущие дни пользовался моей погруженностью в сон, на сей раз, воспользовался моим обмороком. На следующий день я притворилась, что ем и пью, но на самом деле всё выбрасывала в окно. А на ночь взяла с собою нож. Я хотела отомстить. Да, месть – не в обычаях христианства, я знаю, пусть даже я следовала примеру Юдифи из Ветхого завета, убившей Олоферна. Итак, нож был у меня в руках, и, дождавшись удобного момента, я ударила его в грудь. Увы, негодяй все предвидел: грудь была защищена кольчугой. Нож соскользнул.

ФЕЛТОН

Ах!

МИЛЕДИ