Переезд в монастырь Дионисиат

Несмотря на то, что решение отца Харалампия было, как ему казалось, окончательным, для других оно во­все не было таковым. Он постоянно отвергал поступа­ющие одно за другим все новые и новые предложения.

В конце концов Старец уступил просьбам своих ду­ховных чад из монастыря Дионисиат. Они заверили его, что оба братства объединятся, и будет одно стадо и один Пастырь

В значительной степени этому способствовали поже­лания и предложения многих членов нашего братства, которые уже после первых близких контактов с мона­стырем были, подобно рыбам, уловлены, в его сети.

После многих уговоров, которые непрестанно посту­пали отовсюду, Старец был вынужден уступить: «Глас народа — глас Божий». Со словами «Воля Господня да будет» отец Харалампий согласился с предложением своих чад.

В сентябре 1979 года наше братство переехало в из­вестный монастырь Дионисиат. Наедине Старец сказал мне, недостойному, что незадолго до нашего переезда в видении Господь показал ему будущий ход событий — то, что произойдет после его вступления в должность игумена обители.

С уверенностью я могу засвидетельствовать, что в целом вся монастырская братия, от приснопамятного старого игумена отца Гавриила, соборных Старцев оби­тели и до последнего послушника, относились к ново­му игумену с подобающим уважением.

Конечно, в братстве, насчитывающем около сорока человек, иной раз проявлялись и человеческие немощи. Но вмешательство отца Харалампия, облеченного игу­менской властью и пользующегося всеобщим уваже­нием, вновь все расставляло по своим местам, способ­ствуя упорядоченному, мирному течению монастыр­ской жизни.

Монастырский распорядок

Согласно желанию Старца, одним из условий нашего переезда в Дионисиатскую обитель было введение в мо­настыре исихастского распорядка жизни нашей кельи. Соборные Старцы и другие монахи, устраивающие на­ше переселение, уверили отца Харалампия, что они согласны со всеми его предложениями.

В действительности же все было несколько иначе. На месте мы столкнулись с нежеланием старых монахов менять монастырский устав. Совершенно справедли­во они выдвигали тот аргумент, что типик монастыря Дионисиат является предметом его гордости. Он заслу­женно принес обители лавровые венки, им руковод­ствуются многие монастыри, как на Святой Горе, так и за ее пределами. Можно ли допустить, чтобы в такой устав были внесены изменения, да еще и самими дионисиатцами?

Старец проявил понимание и уступил. В виде ком­промиссного решения он позволял некоторым бра­тьям, любящим безмолвие, приходить на многочасо­вую ночную службу спустя час-два после ее начала, по­

с вящая это время келейной молитве. Однако позднее он понял, что в общежительном братстве даже такие незначительные компромиссы невозможны, и прекра­тил эту практику.

Хотя в вопросе изменения устава отца Харалам­пия ждала неудача, он настоял на введении в монасты­ре практики частого причащения Святых Таин. Боль­шая часть старых монахов обители скоро присоедини­лись к этому нововведению. Несмотря на то, что здесь и возникали кое-какие возражения, они никогда не пе­рерастали в проблему Но расскажем об этом чуть под­робнее.