И тут я понял, как же мы были глупы.

 

Вопрос. Бапак, Иксан не был обычным человеком. Он оказывал такую большую помощь тысячам людей в Субуде. Он обладал необыкновенными способностями. Почему он умер обычной смертью - от сердечного приступа, как любой другой человек?

 

Ответ. А какой смертью, по-твоему, он должен был умереть? Каждый человек должен умереть обычным способом - в результате болезни или несчастного случая. Иксан умер от сердечного приступа, потому что сердце было у него самым слабым местом. Его тело было слишком "толстым", поэтому он покинул это существование таким путем. Бапак скажет по этому поводу еще кое-что. Если бы Иксан не умер таким способом в то время, он бы умер примерно в то же время как-либо по-другому. Иксан был работником Субуда. Он завершил свою работу, которую он мог сделать на этой земле, и ушел дальше.

 

Вопрос. Женщины в Коломбо поручили мне спросить Бапака, знал ли Иксан, что он умрет. Если да, то почему он не вернулся, чтобы умереть рядом с Исманой?

 

Ответ. Но тогда это бы не было подчинением, не так ли?

7. Вопросы, вопросы

Одно время я был известен среди членов Субуда Джакарты как человек, который когда-то пришел к Бапаку с десятью записанными вопросами. Упоминание этого факта вызывало всеобщее веселье, и мои друзья по Субуду в Коломбо и Индии часто говорили мне, что я не должен задавать так много вопросов, что мне лучше просто "принимать". Я не сомневаюсь, что их совет был правильным, но я заметил, что могу "принять" только после того, как получу ответы на свои вопросы. Я не мог и до сих пор не могу "принимать" что-либо, если это запутано или непонятно. Если Бапак или любой из помощников мог помочь мне решить мои проблемы, я чувствовал, что должен действовать и задавать все вопросы, какие только у меня были. “Это должно выйти”, - говорил я себе.

 

К тому же, я заметил, что все, кто возражал против моих вопросов Бапаку, Иксану или Прио Хартоно, очень внимательно слушали ответы. Иногда они отшатывались в показном ужасе, когда я задавал вопрос, но всегда придвигались поближе, если на вопрос давался ответ. Поэтому я чувствовал, что если мне была суждена роль мальчика, подносящего мячи, чтобы люди видели, как Бапак будет мастерски забивать их в лунки, я был готов с благодарностью принять эту роль. Кроме того, я мог разделять общее веселье. После того, как я приобрел опыт в качестве мальчика для подачи мячей, я пришел к очень утешительному выводу: мне не нужно было оценивать, глупый мой вопрос или умный, детский или взрослый. Главное, чтобы он был не праздный, т.е. чтобы я действительно хотел знать ответ. Поэтому я задавал все глупые вопросы, какие только у меня были, в полной уверенности, что я не получу глупого ответа.

 

Слава Богу, были также и другие, кто не боялся задавать вопросы, которые могли показаться слишком детскими или наивными. Одним из таких был Мохаммед Сиддик из Коломбо, и ответы на некоторые из его вопросов очень помогли мне расширить свое понимание. Однажды вечером мы ждали, когда Бапак начнет говорить, и Сиддик, сидевший на ковре рядом со стулом Бапака, повернулся к нему и задал один из своих восхитительно наивных вопросов:

 

- Бапак, - спросил он, - где НАХОДИТСЯ Бог?

 

Как говорят судейские репортеры, по комнате прокатился смешок. Когда он утих, мы услышали, как Бапак громко позвал: “Сидди-и-и-ик!” Сиддик с беспокойством ответил: “Да, Бапак?” Бапак не обратил внимания на его ответ и, подняв голову к потолку, еще громче позвал: “Сидди-и-и-и-и-и-ик!” У всех глаза на лоб полезли от изумления. Бедный Сиддик опять ответил: “Да, Бапак?” Бапак снова проигнорировал его ответ и, повернувшись к окну, уже во весь голос позвал: “Сидди-и-и-и-и-и-и-и-и-и-к!” Совсем ошарашенный, Сиддик поднялся на корточки и ответил: “Да, Бапак?”

 

На этот раз Бапак улыбнулся и после паузы сказал: “Вот видишь. Мы ищем Бога в облаках, на вершинах гор, в пещерах, в храмах, церквях и мечетях. Мы не понимаем, что Бог может быть ближе к нам, чем мы сами. И даже когда Бог отвечает на наш зов, мы Его не слышим, потому что наше внимание занято поисками Бога повсюду”.

 

Свет, озаривший мой разум и, я уверен, разум всех присутствующих, отразился на лице Сиддика как явное облегчение от мгновенно пришедшего понимания.

 

* * *

Я спросил: “Есть ли среди живущих сегодня в этом мире высокоразвитые люди, которые достигли духовного совершенства без помощи Субуда? Например, является ли Кришнамурти таким человеком?”