Альбус Дамблдор наклонился вперед, его лицо выражало явное беспокойство. - Он что-нибудь узнал?

- Ничего, но был весьма настойчив. Если он обнаружит, что мисс Грейнджер ждет ребенка, то Люциус Малфой узнает об этом немедленно.

- Нет ничего, за что бы я мог исключить мальчика, - размышлял директор. - Пока он не совершит чего-нибудь столь ужасного, что заставит школьных попечителей выдержать давление Малфоя-старшего. А он будет готов уничтожить любого, лишь бы его сына восстановили.

- Если Люциус узнает, что она носит моего ребенка, то, без сомнения, использует ее, чтобы добраться до меня. Я сделаю все, чтобы защитить Гермиону от него. Одного раза было достаточно.

- Северус, - решительно произнес Дамблдор. - Независимо оттого, что между вами существует личная вражда, ребенок Гермионы, возможно, имеет большее значение, чем просто объект шантажа. Ребенок, зачатый насильно, во время Самайна. Это предзнаменование, которое я даже боюсь толковать.

- Малфой не верит в старые предания, - отмахнулся Северус. - Он не уважает старинные ритуалы, даже темные.

- Но Волдеморт наверняка считается с ними, - возразил Дамблдор. - Вспомни, что сделала Лили Поттер без использования палочки, только своей материнской любовью к ребенку.

- Примитивная магия, - недовольно буркнул Северус. - И поплатилась своей жизнью.

- Не считай, что примитивная магия не может быть эффективной, мой мальчик. В конце концов, дубинка тоже примитивная вещь, но никто не захочет получить ей по голове.

Наблюдая за молодым волшебником, который свирепо нахмурился, остановившись у окна, Дамблдор улыбнулся. Всего месяц назад из Северуса было и слова не вытянуть, он отказывался участвовать в спасении даже собственной жизни. А сейчас он стоял здесь сердитый, но с тем же острым умом - союзник, которого Дамблдор так высоко ценил все эти годы.

«Браво мисс Грейнджер, - подумал он. - Браво!».

Глава 9.

Гарри устроился на потертом диване в гриффиндорской гостиной и, обмакнув тряпку в банку с полиролью для метлы, начал затирать глубокую царапину от шального бладжера, полученную на вчерашнем матче с Рейвенкло. Как капитану команды, ему приходилось не только искать снитч, но и кружить по полю, приглядывая за действиями остальных игроков, так что теперь он находился под постоянным огнем бладжеров. «Молния» была вся испещрена шрамами, но летала по-прежнему великолепно и юноша с усердием заботился о ней.

За столом у камина сидели Рон и Дин, причем Рон делал все возможное, чтобы скрыть ухмылку, ожидая, пока Дин Томас сделает ход. Даже с другого конца комнаты Гарри мог сказать, что Дин в большой беде: куча шахматных фигур у локтя Рона выглядела внушительно. Дин немного помедлил, мучаясь сомнениями и наконец передвинул слона. Он на мгновение задержал палец на шахматной фигурке, проверяя правильность хода, а затем перекрестил фигуру, отправляя ее на верное заклание, потому что видел: Рон наверняка ее съест.

Ход Рона был решительным и беспощадным. Слон в секунду оказался сметен конем. Побежденный гигант скатился с шахматной доски и присоединился к своим соратникам, бормоча обещания растоптать наглую лошадь.

- Шах и мат, - объявил Рон. - Хотя играл ты неплохо.

- Ладно, - сказал Дин, подернув плечами, - думаю, что с некоторыми остатками достоинства я удалюсь спать.

- Действительно, уже довольно поздно.

Гарри, рассеянно пожелав Дину спокойной ночи, внимательно наблюдал за тем, как Рон убирает шахматы. Царапина на метле стала почти незаметной, но требовалось время, чтобы полироль затвердела.

- Рон, - окликнул он тихо.

- Да, Гарри?

- Когда ты перестанешь вести себя с Гермионой как настоящий гад?

Уши Рона порозовели, и он вцепился в подлокотник кресла. - О чем ты?

- Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Как только вы оказываетесь в одной комнате, ты ведешь себя так, как будто не знаком с ней. Я думал, вы останетесь друзьями.

- Гарри, брось. Она порвала со мной.

- Ты мне сам сказал, что все по обоюдному согласию.

- Да, если можно назвать обоюдным решением то, что она швырнула в меня бутылкой в середине шумной ссоры, - запротестовал Рон.

- Вы скандалили ежедневно все время пока встречались.

- И что?

- Может, вам не суждено быть вместе, - сказал Гарри. - Может, Гермиона не твой тип девушки. Она не интересуется квиддичем, и никто из нас не понимает и половины того, что она иногда говорит.

Рон вздохнул.