О ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ ПРОПОВЕДНИКОВ

Предыдущее обсуждение выявило не одну характерную черту в законодательстве Проповедников.
Теперь мы можем изучить замысел целого, обратившись к самому тексту этого закона, который был
обнаружен в его примитивной и по существу неизменной форме.

Кратко отметим пять характеристик: законодательство святого Доминика было каноническим правом;
тем не менее, оно было по существу оригинальным; в соответствии с современным законодательством; вдохновлено последними постановлениями
Церкви; энергично составлено и плодотворно с самого начала.

Жак де Витри не ошибся, когда рассматривал Орден проповедников как последнюю ветвь на
каноническом древе и окончательное расширение августинского института. Большое количество обычаев
Премонтре, воплощенных в доминиканском законодательстве, являются постоянным доказательством этого факта.
Позаимствовав большую часть их обрядов у норбертинцев, святой Доминик без колебаний сформировал
свой Орден, так сказать, в соответствии с одним из самых известных канонических типов в великом
движении церковной реформы. Он без колебаний перешел от их текста к своему собственному,
употребив такие типичные слова, как canonicus, ordo canonicus, religio или disciplinaaconnica.

(60)

Однажды, в оригинальном тексте, он

Сослался на обещание стабильности

(61)

который должен был состояться в конце послушничества. Если бы им
двигало какое-либо желание радикально порвать с каноническим движением, он бы самым тщательным
образом избегал этого слова, потому что такое толкование могло быть губительным ввиду того, что было самым оригинальным в
замысле Ордена: его широкой свободы действий и универсальности.

(62)

Чего Доминик добивался от канонической жизни, особенно от текста Премонтре, так это регулярного
соблюдения: литургической жизни; часов, торжественно воспеваемых в церкви; аскетической жизни, тщательно
организованной в монашеских традициях; строгости в отношении часов сна и вида одежды, грубой пищи, тишины,
духа постоянного смирения и братское милосердие, частая глава о проступках, епитимьи
, заранее определенные в соответствии с подробным и суровым кодексом.

С большим рвением Доминик старался, чтобы это Правило соблюдалось даже теми, кто находился в путешествии. Воистину, он был
подлинным наследником реформаторов обычной жизни, к числу которых он без колебаний причислил свое имя.
В этом качестве он был даже суровым реформатором, судя по особым обычаям, привнесенным
им в свои собственные обряды, которые, по правде говоря, были более строгими, чем у других канонов.

В то же время он сохранил то, что было лучшим в монашеском наследии: созерцательную жизнь. С
самого начала жизнь монахов была сформирована именно в такой форме.

(63)

Ради своей собственной жизни и жизни своих
братьев святой Доминик разрешил кажущееся противоречие между постоянной молитвой и апостольством своим
замечательным повелением: "Говори только о Боге или с Богом".

(64)

Размышления о значении этих слов в
правиле 1220 года приведут к открытию одного и того же значения в выражении святого
Фомы "contemplata aliis tradere".

(65)

и в теологической миссии Ордена Проповедников.
Таким образом, придерживаясь традиционного духа регулярной жизни, Доминик преследовал цель, совершенно отличную
от цели монахов и даже канонов, и написал закон, который был по существу оригинальным. Его Орден
был, прежде всего, Орденом Проповедников; сама обычная жизнь, предназначенная для этой новой цели, текла по
совершенно иному руслу; результатом была трансформация.

Превращение канонического ордена, Ordo canonicus, в Орден Проповедников, Ordo
Praedicatorum, было осуществлено серией законов, абсолютных по своей оригинальности.

РЕГУЛЯРНОЕ СОБЛЮДЕНИЕ

В Прологе этот конец Ордена, отмеченный в процитированном небольшом уставе, привел к предписанию, которое
, казалось бы, с самого начала было рассчитано на то, чтобы ослабить силу обычной жизни: универсальный принцип
устроения. Орден был учрежден для спасения душ. Учеба и апостольство должны были
стоять на переднем крае религиозной жизни. Подробное положение было сделано для них в статьях в
Таможне.

Не нужно думать, что апостольский конец, как первое и нормальное следствие, создает препятствие для
обычной жизни. Апостольство не только не противостоит этому, но требует и стимулирует правильную жизнь. Мы можем разглядеть в
самой строгости доминиканского соблюдения существенную помощь апостольству. Если бы святой Доминик,
например, культивировал любовь к бедности до такой степени, что сделал своих монахов нищенствующими,

(66)

беспрецедентный шаг, он хорошо знал по собственному опыту и опыту других людей, оказавшихся в трагической ситуации,
что самопожертвование и покаяние - сильные руки проповедника. Этот нищенствующий дух наделил
орден Святого Доминика могучей энергией для завоевания в подражание апостолам и фактически
превратил его в апостольский орден.

(67)

В духе этого фундаментального правила существовали и некоторые другие обряды, такие как обряд молчания, который
предписывает очень замечательный кодекс в Правиле святого Доминика,

(68)