Взятый внезапно рукой смерти, прислужницы кер.

Те, кто живет, тот всегда подвергается бедствиям разным;

Тот же, кто умер, нашел верное средство от бед”

(http://2planeta.ru/news/antichnyj_pessimizm/2017-04-17-46747).

Эту мысль повторяет также один персонаж трагедии Еврипида “Кресфонт”, который рекомендовал оплакивать новорожденного и хоронить умершего с радостью.

Пессимизм присутствует также в классической книге древнегреческого поэта Гесиода “Труды и дни”. Сама эта поэма находится в тисках мифологического мышления, а именно веры в богов-олимпийцев. В смысле пессимизма эта поэма представляет интерес благодаря тому, что там излагает картина постепенного вырождения человечества.

Согласно Гесиоду сначала был “золотой век”. При этом люди “уми­ра­ли, как буд­то объ­ятые сном”, а “недо­ста­ток был им ни в чем не известен”, “они же, сколь­ко хоте­лось, труди­лись, спо­кой­но сби­рая богатства”. Потом наступил “серебряный век”. Люди, которые жили в этот период, отличались “дикой гордостью” и не хотели приносить жертвы богам. Затем настал “медный век”. Его люди были “ могу­чи и страш­ны”, они любили войну. Что же касается нашего “железного века”, то он оказался самым скверным (Гесиод. Труды и дни//http://ancientrome.ru/antlitr/t.htm?a=1425407002).

Почему же пессимистические воззрения были столь распространены в Древней Греции, а позднее и в Древнем Риме? Философы и культурологи часто связывают античный пессимизм с концепцией Судьбы, которая по каким-то причинам доминировала в античном мышлении. Анализу концепции Судьбы в античном мире посвящена фундаментальная монография Василия Горана “Древнегреческая мифологема судьбы” (Новосибирск, 1990). В своей книге Горан связывает идею Судьбы с категорией закономерности. Но выявить какие-то значимые взаимосвязи с мифологией других цивилизаций за исключением микенской культуры ему все же не удалось.

 

Между тем, сам универсальный феномен мантики — искусства гадания — свидетельствует о том, что представление о Судьбе было широко распространено в древнем мире. Позднее эта идея обнаруживала себя, в частности, в идее Предопределения ислама, а также в учении о Предопределении христианина-протестанта Жана Кальвина. Однако идею Судьбы можно обрядить также в строгие научные мантии. В связи с этим упомяну идею французского физика Пьера-Симона Лапласа. Он полагал, что если бы знали расположение всех атомов во Вселенной и силы, которыми они связаны, тогда мы смогли бы, имея соответствующий математический аппарат, рассчитать все события будущего наперед.

Если же теперь вернуться в античность, замечу, что богини Судьбы – Мойры — господствовала даже над богами Олимпа, в том числе над самим Зевсом. Если же углубиться в истоки, то идею Судьбы можно обнаружить уже у Гомера в “Илиаде”, где Гектор говорит Андромахе:

 

“Против судьбы человек не пошлет меня к Айдесу

 Но судьбы, как я мню, не избег ни один земнородный” (http://www.magister.msk.ru/library/babilon/greek/homer/homerr06.htm).

А еще в “Одиссеи” душа Ахилла сообщает душе Агамемнона:

“Но и тебе повстречать предначертано было

Страшную Мойру, которой никто не избег из рожденных” (http://litresp.ru/chitat/ru/%D0%93/gomer/odisseya-per-va-zhukovskogo/24).

Идея Судьбы неоднократно высказывалась античными философами, поэтами и драматургами. Так, Эсхил в трагедии “Просительницы” сообщает:

“Что назначено судьбою, да свершится:

Обойти никто не может

Сокровенной воли Зевса”

(http://lib.ru/POEEAST/ESHIL/eshil_prosi.txt).

Греки воспринимали Судьбу как непостижимое и враждебное человеку начало. Понять то, почему Судьба непостижима еще можно, но почему она обязательно враждебна, ведь судьба человека может быть и счастливой? Думается связано это с тем, что жизнь человека неотделима от страданий, а еще она неизбежно приближается к старости и всегда заканчивается смертью. Кроме того, идея предопределенности всех событий жизни придавала ей ощущение обреченности и тесноты. Судьба очевидным образом противоречила такой человеческой ценности как свобода воля.

Человек, вероятно, чувствовал себя совершенно бессильным перед могущественными силами Судьбы, и, может быть, именно потому великий античный поэт Пнндар назвал человека “лишь дуновением и тенью” (Арсеньев Н.С. Пессимизм и мистика в Древней Греции // Путь, № 4// http://www.odinblago.ru/path/4/5/).

Вообще говоря, идея Судьбы лишала человека моральной ответственности, и это обстоятельство было одним из пунктов, в котором античными философами обсуждалась сама идея Судьбы. Скажем, стоики призывали людей вести предельно добродетельный образ жизни и, тем не менее, они свято верили в Судьбу. Но были также античные философы, которые с идеей Судьбы спорили. Так, Цицерон отвергал идею Судьбы, отталкиваясь именно от того, что она лишает человека моральной ответственности. Но даже он не отказался от идеи Судьбы полностью — он разработал “мягкий” вариант этой концепции.

Можно было бы подумать, что идея Судьбы — это всего лишь некий специфичный элемент античной культуры, который был актуален именно для нее и потому не очень интересен для нас. Но это не совсем так. Дело в том, что человек появляется в этом мире, где природные и социальные силы намного превосходят скромные возможности этого самого отдельного человека. Он, таким образом, оказывается бессильной пешкой в нечестной игре, и это еще один повод для пессимизма.

Если же теперь вернуться в мир античности, замечу, что там высказывались также иные соображения в духе пессимизма, которые также актуальны для нас. В частности, Эсхил в пьесе “ Агамемнон ” утверждал, что для оптимизма нет никаких оснований, потому что счастье эфемерно и легко ускользает от человека. Эсхил написал там следующее: “Увы, как жалко существование смертных! Когда они счастливы, одна тень может все опрокинуть” . К этому можно добавить суждение другого античного трагика — Еврипида: “Счастье непродолжительно, его хватает только на один день” (Селли Дж. Пессимизм: История и критика. СПб., 1893, с. 12).

Стоик Сенека полагал, что жизнь человека вообще жалка и ничтожна. Новые несчастья обступают человека толпой прежде, чем он покончит счеты со старыми. В связи с этим Сенека прославлял смерть как силу, которая избавляет человека от бед (Там же, с. 13). Ему также принадлежит следующее суждение: “в общем человеческая жизнь жалка” ( https://www.felbi.ru/filosofiya-pessimizma/ ).

Стоик Марк Аврелий в своем произведении “К самому себе” также писал о ничтожестве человеческих дел, а Плиний Старший в “Естественной истории” сообщил, что нет ни одного счастливого человека — когда все благополучно, неизменно является страх перед Судьбой (Там же, с. 14).

А еще причиной власти пессимизма в период античности была идея посмертного состояния души, господствовавшая тогда. В ее существовании в Аиде не было ничего романтичного. Д уши умерших людей были там подобны теням- призракам. Так, в “Одиссее” т ень Ахилла, вздыхая, говорит Одиссею:

“Лучше б хотел я живой, как поденщик, работая в поле,