Победителя зашагал по дороге. Пройдя несколько шагов, он

остановился, обернулся к бабушке и громко спросил:

"А все же, где этот прохвост Зурикела? Или он не слышит

меня?"

"Что тебе от него нужно?" - сказала бабушка и взяла в руки

палку. "Ничего особенного, дорогая... Просто хотел спросить,

долго ли он тащил вчера на спине носатого дружка?.."

Не вытерпев больше, я с хохотом выбежал на двор.

Смеялась бабушка, смеялся Илико. Не смеялся лишь бедный

Илларион он  по-прежнему лежал, уткнувшись носом в подушку, и

скрипел зубами...

...Я закончил свой рассказ. Тетя Марта встала, поцеловала

Меня в лоб и налила чай. Потом открыла шкафчик, достала банку

Орехового варенья и положила мне на блюдечко два черных шарика.

- Ну и уморил ты меня, Зурикела! Дай бог здоровья тебе, и

твоей бабушке, и твоему Илико, и твоему Иллариону!..

- Это я завтра утром съем, тетя Марта, - сказал я и взял

Блюдечко.

- Ешь сейчас, а на утро возьми вот это! - ласково сказала

Тетя Марта и придвинула ко мне банку с вареньем.

Сегодня произошло чудо: Софья встретила меня в постели.

Она, наверное, долго ждала меня, но я засиделся у тети Марты до

Двух часов ночи. Софья чуть приоткрыла один глаз, взглянула на

Меня и, убедившись, что это я, снова закрыла. Я быстро разделся

И лег рядом с ней. Прошло несколько минут. Софья молчала.

Наконец я не вытерпел и спросил:

- Спишь? Софья не ответила. Она снова открыла один глаз,

Посмотрела на меня, потом закрыла и продолжала мурлыкать.

- Софья, - сказал я, - это довольно глупо с твоей стороны!

Ну, почему ты дуешься, скажи, пожалуйста? Ведь я был у тети

Марты! Софья хотела что-то ответить, но не смогла: ведь это

Была Софья, а не Мурада, который понимал меня с полуслова и мог

глазами разговаривать со мною на любую тему...

- Софья, - продолжал я, - сегодня день моего рождения.

Знаешь, сколько лет мне исполнилось? Софья не знала и, видимо,

Не интересовалась этим. Но она прочла в моих глазах радость и

По-своему разделила ее: повернулась ко мне и ласково потерлась

Мордой о мою щеку. Я обнял Софью, и мы заснули. Всю ночь мне

снились бабушка, Илико и Илларион, а Софье, наверное, - мыши...

...Светало, когда у нашей калитки кто-то громко позвал:

- Хозяин!

Я не был здесь хозяином и поэтому не откликнулся.

- Эй, хозяин! - позвал кто-то еще раз.

В комнате тети Марты послышался шум, потом скрипнула дверь

И по балкону прошлепали тапочки моей хозяйки.

- Кто там?

- Где тут живет Зурикела Вашаломидзе?

- Кто?

- Прохвост Зурикела Вашаломидзе!

Всемогущий боже! Святая Мария! Тетя Марта! Софья! Знаете

Ли вы, что такое чудо? Знаете ли вы, как от радости

Останавливается сердце? Нет? А знает ли об этом тот, кто сейчас

Произнес мое имя? Быть может, это всего-навсего телеграмма?

Нет, это не телеграмма! Так в чем же делом Спокойнее, Зурикела!

Не выскакивай босиком во двор, простудишься, выгляни-ка сперва

в дверь! Нет, нет, беги, лети к калитке! Кричи, плачь, смейся,

пой, Зурикела! С огромным хурджином на плечах, запорошенный

Снегом, с посиневшим от холода носом во дворе стоит твой

Илларион!

Илларион прекрасно, - словно это было вчера, - помнит день

Рождения Зурико. В тот день он в последний раз выстрелил из

Своей берданки, - вскоре после этого ружье у него отобрали. Что

Бы там ни случилось, Илларион не забудет день рождения Зурико.

Потому что нет на свете никого, кто был бы Иллариону дороже,

Чем Зурикела.

Вот и сейчас он приехал к своему любимцу и привез теплые

Шерстяные носки, вино, водку, сушеные фрукты. И деньги. Свои

Премиальные - за шелковичные коконы - семьсот рублей. А еще

Привез он письмо от бабушки. А ну-ка, что там пишет бабушка

Своему Зурико?

"Сыночек мой! Ты теперь ученый человек, известный всему

Тбилиси. В твою школу пришло письмо из университета. Кого, мол,

Это вы нам прислали? Кто его учил? Я так и знала, что ты всех

там с ума сведешь, мой дорогой! Смотри не урони  чести нашего

села! Больше ничего мне от тебя не нужно, сынок! Завтра тебе

Исполнится двадцать лет. Так ведь? Через год подыщу тебе

Невесту, мой мальчик. А как же? Должна же я покачать люльку

твоего сына! Потом я умру, и ты похоронишь меня. Но только не

смей плакать! С песней, со смехом похорони свою старую бабушку,

мой ненаглядный! Сожалеть мне не о чем - прожила я немало,

хватит с меня... В деревне у нас, слава богу, все благополучно.

У Илико отелилась корова. Хромой Архипо отдал богу душу,

Похоронили в прошлое воскресенье. Матрена наконец-то выдала

Замуж свою черную, как головешка, девку. Я и Илико посылаем к