Но тут он вспомнил, что в карманах у него есть орехи, и, чтобы заглушить

Голод, расколол и съел несколько штук. Старуха тем временем встала, от-

Ряхнула крошки с передника и повесила над огнем маленький черный коте-

Лок.

Отмерив равные части молока и уксуса, она налила в него и то, и дру-

Гое, затем достала множество кульков с сушеными травами и порошками и

Стала бросать в котелок понемногу из каждого. Время от времени она под-

Ходила к свече и, низко склонившись над пожелтевшим листком бумаги, вы-

Читывала рецепт изготовляемого зелья.

 Тип смотрел на все это, и тревога его росла.

- Для кого ты это готовишь? - спросил он.

- Для тебя, - буркнула Момби.

Тип повернулся на табурете и внимательно посмотрел на котелок, кото-

Рый начинал закипать, потом перевел взгляд на морщинистое  безжалостное

Лицо старой ведьмы В этот момент он предпочел бы очутиться где угодно,

Только не в этой темной и дымной кухне, где даже тени на стене внушали

Ужас. Так прошел целый час, тишина нарушалась лишь бульканьем в котелке

Да шипением пламени.

 Наконец Тип отважился заговорить вновь.

- Я что же, должен выпить это твое зелье? - спросил он, кивая на ко-

Телок.

- Да, - отрезала Момби.

- И что со мной будет? - робко поинтересовался Тип.

- Если все приготовлено как надо, - отвечала Момби, - ты превратишься

в мраморную статую!

Тип застонал от ужаса и вытер рукавом мгновенно выступившую на лбу

Испарину.

- Но я не хочу быть мраморной статуей! - вскричал он.

- Зато я этого хочу, - сурово сказала старуха. - Твои желания значе-

Ния не имеют.

- Но зачем тебе превращать меня в мраморную статую? Ведь на тебя не-

Кому будет работать, - спросил Тип, еще не оставляя надежды отговорить

Старуху от злого дела.

- Работать будет Тыквоголовый, - заявила Момби.

Тип снова застонал.

- Почему бы тебе не превратить меня хотя бы в барашка или в цыпленка?

- спросил он в отчаянии - Зачем тебе мраморная статуя?

- А затем! - отвечала Момби. - Весной я разобью цветник, а тебя пос-

Тавлю посреди клумбы для украшения. Удивительно, что это не пришло мне в

голову раньше. Сколько лет я терпела твои фокусы!

При этих словах Тип почувствовал, как капельки пота стекают у него по

Спине, но продолжал сидеть, не шевелясь и не сводя глаз с котелка.

- Может быть, зелье не подействует, - пробормотал он еле слышно, сам

Не очень веря в свои слова.

- Думаю, подействует, - бодро отвечала Момби. - Тут я редко ошибаюсь.

Снова наступила полная тишина, и тянулась она долго, потом Момби на-

Конец встала, чтобы снять котелок с огня. Время было около полуночи.

- Пить надо, когда остынет, - сказала ведьма (несмотря на все запре-

ты, она была все-таки настоящей ведьмой). - Нам обоим сейчас пора спать;

А с утра на свежую голову я превращу тебя в мраморную статую.

И она заковыляла к себе в комнату, унося дымящийся котелок. Вскоре

Тип услышал, как дверь хлопнула и загремел засов.

Вопреки приказу мальчик не пошел спать, а продолжал сидеть у очага,

Глядя на догорающие угли.

3. ПОБЕГ

"Быть мраморной статуей - это ужасно, - думал Тип, - это просто не-

Мыслимо. Она говорит, что много лет меня терпела, а теперь решила изба-

Виться. Но зачем же для этого превращать меня в статую? Кому охота тор-

чать неподвижно всю жизнь посреди цветника! Нет, надо бежать, и немедля,

пока она не заставила меня выпить свое гадкое зелье".

Он подождал, пока не понял по храпу, доносившемуся из соседней комна-

Ты, что старая ведьма крепко уснула, потом тихонько встал и пошел к шка-

Фу, где хранилась еда.

- Кто же пускается в путь на голодный желудок? - рассуждал он, шаря

По полкам.

Но найти удалось лишь несколько корок хлеба. В поисках сыра Тип решил

Заглянуть в корзину Момби, с которой она вернулась из деревни. Там он

Наткнулся на перечницу с оживительным порошком.

"Возьму-ка я его с собой, - подумал он, - иначе Момби наверняка упот-

ребит его на какое-нибудь злодейство". И он сунул перечницу в карман

Вместе с хлебом и сыром.

Тип осторожно вышел из дома и запер за собой дверь. В небе ярко све-

Тила луна, сияли звезды, ночь казалась особенно мирной и свежей после

Душной и зловонной кухни.

- Хорошо, что я ухожу, - тихо сказал Тип, - я никогда не любил стару-

Ху. Удивляюсь, как я вообще к ней попал.

Он медленно зашагал по дороге, но тут внезапная мысль заставила его

Остановиться.

- Я не хочу оставлять Тыквоголового Джека на милость старой Момби, -

Решил он. - Джек - мой, пусть она его оживила, но сделал-то его я.

Он направился к коровнику, где был заперт Тыквоголовый, открыл дверь

И заглянул внутрь.

Джек смирно стоял в стойле, при свете луны Тип разглядел его лицо,