Постукивающего невдалеке, ничего не было слышно.

Как долго иногда тянется минута!

7

Враги неслись навстречу друг другу на полном газу.

ЛА-5 и "фокке-вульф-190" были быстроходными самолетами. Враги

Сближались со скоростью, превышающей скорость звука.

Алексей Мересьев и неизвестный ему немецкий ас из знаменитой

дивизии "Рихтгофен" шли на атаку в лоб. Лобовая атака в авиации

Продолжается мгновения, за которые самый проворный человек не успеет

Закурить папиросу. Но эти мгновения требуют от летчика такого нервного

Напряжения, такого испытания всех духовных сил, какого в наземном бою

Хватило бы на целый день сражения.

Представьте себе два скоростных истребителя, несущихся прямо друг

На друга на полной боевой скорости. Самолет врага растет на глазах.

Вот он мелькнул во всех деталях, видны его плоскости, сверкающий круг

Винта, черные точки пушек. Еще мгновение - и самолеты столкнутся и

Разлетятся в такие клочья, по каким нельзя будет угадать ни машину, ни

Человека. В это мгновение испытывается не только воля пилота, но и все

Его духовные силы. Тот, кто малодушен, кто не выдерживает чудовищного

Нервного напряжения, кто не чувствует себя в силах погибнуть для

Победы, тот инстинктивно рванет ручку на себя, чтобы перескочить

Несущийся на него смертельный ураган, и в следующее мгновение его

Самолет полетит вниз с распоротым брюхом или отсеченной плоскостью.

Спасения ему нет. Опытные летчики отлично это знают, и лишь самые

Храбрые из них решаются на лобовую атаку.

Враги бешено мчались друг на друга.

Алексей понимал, что навстречу ему идет не мальчишка из так

Называемого призыва Геринга, наскоро обученный летать по сокращенной

Программе и брошенный в бой, чтобы заткнуть дыру, образовавшуюся в

Немецкой авиации вследствие огромных потерь на Восточном фронте.

Навстречу Мересьеву шел ас из дивизии "Рихтгофен", на машине которого

Наверняка была изображена в виде самолетных силуэтов не одна воздушная

Победа. Этот не уклонится, не удерет из схватки.

- Держись, "Рихтгофен"! - промычал сквозь зубы Алексей и, до крови

Закусив губу, сжавшись в комок твердых мускулов, впился в цель, всей

Своей волей заставляя себя не закрывать глаза перед несущейся на него

Вражеской машиной.

Он так напрягся, что ему показалось, будто за светлым полукружием

Своего винта он видит прозрачный щиток кабины противника и сквозь него

- два напряженно смотрящих на него человеческих глаза. Только глаза,

Горящие неистовой ненавистью. Это было видение, вызванное нервным

напряжением. Но Алексей ясно видел их. "Все", - подумал он, еще

плотнее стиснув в тугой комок все свои мускулы. Все! Смотря вперед, он

летел навстречу нарастающему вихрю. Нет, немец тоже не отвернет. Все!

Он приготовился к мгновенной смерти. И вдруг где-то, как ему

Показалось - на расстоянии вытянутой руки от его самолета, немец не

Выдержал, скользнул вверх, и, когда впереди, как вспышка молнии,

Мелькнуло освещенное солнцем голубое брюхо, Алексей, нажав сразу все

Гашетки, распорол его тремя огненными струями. Он тотчас же сделал

Мертвую петлю и, когда земля проносилась у него над головой, увидел на

Ее фоне медленно и бессильно порхающий самолет. Неистовое торжество

вспыхнуло в нем. Он закричал: "Оля!" - позабыв обо всем, и стал

Вычерчивать в воздухе крутые круги, провожая немца в его последний

Путь до самой красневшей от бурьяна земли, пока немец не ударился о

Нее, подняв целый столб черного дыма.

Только тогда нервное напряжение Мересьева прошло, окаменевшие

Мускулы распустились, он почувствовал огромную усталость, и сразу же

Взгляд его упал на циферблат бензомера. Стрелка вздрагивала около

Самого нуля.

Бензину оставалось минуты на три, хорошо, если на четыре. До

Аэродрома же надо было лететь, по крайней мере, десять минут. Если бы

Еще не тратить времени на набор высоты. Но это провожание сбитого

"фоки" до земли!.. "Мальчишка, дурак!" - ругал он себя.

Мозг работал остро и ясно, как всегда бывает в минуту опасности у

Смелых, хладнокровных людей. Прежде всего набрать максимальную высоту.

Но не кругами, нет: набирать, одновременно приближаясь к аэродрому.

Хорошо.

Поставив самолет на нужный курс и видя, как земля стала

Отодвигаться и постепенно окутываться по горизонту дымкой, он