Вспылив, нагрубил бы ему. Но живое лицо капитана источало такое

Доброжелательство, что вместо этого Алексей вскочил и с мальчишеским

задором крикнул:

- Не выйдет? - и вдруг пустился по приемной в пляс.

Капитан восхищенно следил за ним, потом, ни слова не говоря,

Схватил его бумаги и скрылся в кабинете.

Он долго не появлялся. Летчик, вслушиваясь в доносившиеся из-за

Двери глухие отзвуки двух голосов, чувствовал, как в страшном

Напряжении сжалось все тело, как остро и часто бьется сердце, точно

Шел он на быстроходной машине в крутое пике.

Капитан вышел из кабинета улыбающийся, довольный.

- Вот что, - сказал он, - конечно, о том, чтобы тебя в летный

Состав, генерал и слушать не стал. Но вот он тут написал: направить  в

БАО для несения службы, без снижения в окладе и в довольствии. Понял?

Без снижения...

Капитан был поражен, увидев на лице Алексея вместо радости

Возмущение.

- В БАО? Никогда! Да поймите же вы все: не о брюхе, не об окладе я

хлопочу. Я летчик, понимаете? Я летать, я воевать хочу!.. Почему этого

никто не понимает? Ведь чего проще...

Капитан был озадачен. Вот принесло посетителя! Другой бы на его

месте опять в пляс пустился, а этот... Чудак какой-то! Но этот чудак

Капитану нравился все больше. Он проникся к нему сочувствием, он хотел

Во что бы то ни стало помочь ему в невероятном его предприятии. Вдруг

У него мелькнула мысль. Он подмигнул Мересьеву, поманил его пальцем и

зашептал, оглядываясь на кабинет шефа:

- Генерал сделал все, что мог. Больше не в его власти. Ей-богу! Его

Б самого за сумасшедшего приняли: безногого - в летный состав. Дуй

Прямо к нашему хозяину, только он может.

Через полчаса Мересьев, которому его новый знакомый исхлопотал

Пропуск, нервно ходил по коврам приемной большого начальника. Как он

не догадался раньше! Ну да, именно сюда и надо было ему обратиться

сразу, не теряя попусту столько времени. Или пан, или пропал...

Говорили, что начальник и сам был асом. Он должен понять. Уж он не

направит истребителя в БАО!

В приемной чинно сидели генералы, полковники. Они переговаривались

Вполголоса, некоторые явно волновались, много курили, и только старший

Лейтенант ходил по коврам взад и вперед своей странной, подпрыгивающей

Походкой. Когда все посетители прошли и настала очередь Мересьева, он

Резко подошел к столу, за которым сидел молодой майор с круглым

Открытым лицом.

- Вы к самому, товарищ старший лейтенант?

- Да. У меня есть лично к нему очень важное дело.

- А может быть, все-таки вы и меня могли бы познакомить с вашим

Делом? Да вы садитесь. Курите? - Он протянул Мересьеву раскрытый

Портсигар.

Алексей не курил, но почему-то взял папиросу, помял в руках и

Положил на стол и вдруг, так же как и капитану, разом выпалил обо всех

Своих злоключениях. В этот день он решительно переменил свое мнение об

"архангелах", стерегущих генеральские "предбанники". Майор слушал его

Не то чтобы учтиво, нет, а очень как-то по-дружески, участливо и

внимательно. Он прочел заметку в журнале, познакомился с заключением.

Воодушевленный участием, Мересьев вскочил и, позабыв, где находится,

хотел было опять продемонстрировать, как он пляшет... Тут чуть было

Все не рухнуло. Дверь кабинета быстро открылась, оттуда вышел высокий,

Худой черноволосый человек, которого Алексей сразу узнал по

Фотографии. На ходу он застегивал шинель и что-то говорил шедшему за

Ним генералу.

- Я в Кремль, - бросил он майору, взглянув на часы. - Закажите на

Шесть ночной самолет на Сталинград. Посадка в Верхней Погромной, - и

Ушел так же быстро, как появился.

Майор тут же заказал самолет и, вспомнив про Мересьева, развел

руками:

- Не повезло, улетаем. Придется ожидать. У вас есть где жить?

На смуглом лице необычайного посетителя, минуту тому назад

Казавшемся упрямым и волевым, майор увидел вдруг такое разочарование и

Такую усталость, что переменил решение.

- Ладно... Я знаю нашего хозяина, он поступил бы так же.

Он написал несколько слов на официальном бланке, сунул записку в

конверт, надписал: "Начальнику отдела кадров", - и, передавая

Мересьеву, пожал ему руку:

- Желаю от всей души удачи!

В бумажке значилось: "Лейтенант Мересьев А. был на приеме у

Командующего. К нему следует отнестись со всей внимательностью.

Необходимо всем, чем можно, помочь ему вернуться в боевую авиацию".

Через час капитан с усиками вводил Мересьева в кабинет своего шефа.